| 26.10.2009 г. 22:26 |
Однажды губернатор Вятской губернии ехал в очередной Урюпинск-на-Вятке. Погода была скверной, путь далеким и неровным. И как-то само собой заигралось в перевертыши. - Кем я был? - думал Никитос грустно. - А кем стал? Был обществом, а стал властью. Раньше хоть только власть не любил, а теперь и в обществе разочаровался. - Ваня, тормозни! - попросил он шофера, налил себе 50 грамм. Занюхал рукавом. Вышел в осеннюю слякоть. - Да, не Куршавель! И даже не Сочи, что характерно. Снова сел. Тронули. Достал смартфон, начал серфить. Что там опять стряслось во вверенной губернии? - Ну вот, был писателем, а стал читателем. Нет никакого больше вдохновенья. Одни цифры и секвестры на уме. Ужос!!! Никитос хотел снова налить, да вискарь закончился. Остановились в деревне Анус. Зашел в лавку за вискарем. - Простите, барин, нет нынче вискаря. И водки нет: - извинялся прикащик. - Это еще что за новости? - Так из Вятки распоряженье пришло. Никакого алкоголя после 22 часов. Иначе шкуру спустят и на нагайки полицейские пустят. Могу только пива предложить - <Жигулевское>, <Рижское>, <Ячменное>. Никитос с отвращением влил в себя подозрительную мутную бурду с двумя пузырьками пены. Желудок пытался возражать, но жажда победила. - Ну вот, был гурманом и эстетом, а стал банальным пьяницей, - подумал он с грустью. - А вы до соседней избы дойдите, там бабка Евлампия отличный самогон ставит, - услужливо посоветовал прикащик, который все еще глядел в спину Никитосу. - С них, самогонщиков, три шкуры не дерут. Они - малый бизнес по самозанятости. Самогон оказался и впрямь неплох. Бодрил, повышал настроенье, давал счастья жизни. - Жил в душной столице. А теперь живу в вольной Вятке, - подумал он, а вслух сказал. - Эх, Ваня, чего-то песен захотелось. Душевных, вятских. - Какую же тебе, барин, песню спеть. - Погоди: Нога попала в колесо. - Нагааа папаааала в кааалесооо, - затянул Ваня и нажал на газ...
01389 |